В числе героев Великой Отечественной войны имя Алексея Маресьева обычно называют одним из первых. Лётчик, потерявший ноги и вопреки судьбе вернувшийся в строй, вызывал восхищение не у одного поколения. Однако не многие знают, что помимо Маресьева в Красной армии было немало и других безногих, безруких и даже полуслепых пилотов. Более того, «Повесть о настоящем человеке» вполне могла быть написана на 30 лет раньше. Не создай Борис Полевой свою легендарную повесть, на офицера с протезами вместо ног, возможно, никогда не обратили бы такого внимания. Вплоть до начала Второй мировой инвалидность у военнослужащих не считалась чем-то настолько из ряда вон выходящим, чтоб это стоило возводить на пьедестал. Покуда в войсках ещё имелась кавалерия и был велик риск получить сабельную рану, очень многие солдаты и офицеры теряли руки и ноги, при этом продолжая служить. Так, к примеру, без кисти левой руки командовал ротой георгиевский кавалер и военный историк Константин Попов. Техническое перевооружение, появление танков и самолётов повысило требования к физическому состоянию военнослужащих, однако же и после этого в русской армии продолжали нести службу «лица с ограниченными возможностями». Причём даже в той же авиации. Выпускник престижного Морского кадетского корпуса Александр Прокофьев-Северский был потомственным военным. В 1914 году при военно-морском флоте начали создавать авиационные группы, предназначенные для морской разведки, – молодой офицер записался в авиаторы одним из первых. Летом 1915 года в его аэроплане сдетонировала бомба – самолёт разрушился, а сам лётчик получил тяжёлые травмы и потерял правую ногу.Учась ходить на протезе, Прокофьев-Северский занялся конструированием и разработал систему лыж для гидросамолётов, что позволило русской авиации действовать зимой. Добившись именного повеления Николая II, он смог вернуться в строй и воевал до середины 1917 года, приняв участие в 57 воздушных боях. После революции безногий пилот эмигрировал в США, где основал своё авиаконструкторское бюро, а также консультировал американские ВВС по вопросам применения боевой авиации.Пару Прокофьеву-Северскому составляет корнет Юрий Гильшер, получивший в 1916 году травму в результате падения самолёта. Из-за угрозы гангрены Гильшеру ампутировали левую ногу, но он нашёл в себе силы вернуться в отряд истребителей, вскоре возглавив его. Погиб лётчик в воздушном бою в июле 1917 года. Увы, но своего Бориса Полевого, чтобы прославить отважных летунов, среди многочисленных русских писателей тогда не нашлось.Доподлинно неизвестно, знал ли Борис Полевой о том, что Алексей Маресьев на самом деле был лишь одним из многих советских пилотов, кому тяжёлое ранение не оборвало дорогу в небо. Возможно, что и знал: будучи военкором главной газеты страны, он имел доступ даже к секретной информации. Тем более что пилоты, подобные его герою, имелись почти на каждом фронте.Примерно за полгода до Алексея Маресьева в госпитале Северного флота хирурги тщетно пытались спасти ноги лётчику 2-го гвардейского истребительного авиаполка Захару Сорокину. 25 октября 1941 года Сорокин совершил воздушный таран, при этом его собственный самолёт потерял управление и упал в тундре. За шесть суток пилот прополз по снегу 70 километров, отморозив в результате ноги. Лишившись обеих ступней, он сумел освоить протезы, вернулся в свой полк и продолжил сбивать немецкие самолёты. Отмечая заслуги Сорокина в охране морских караванов, в 1943 году военный атташе вручил ему орден Британской империи. На Южном фронте воевал майор Григорий Кузьмин. В конце 1941 года, патрулируя небо в районе Брянска, он обнаружил девять немецких бомбардировщиков. В ходе завязавшегося боя Кузьмин сбил два вражеских самолёта, после чего пошёл на вынужденную посадку. Раненного в ноги лётчика подобрали и выходили крестьяне, однако затем о нём прознали немцы. Попав в плен, Кузьмин бежал из лагеря, месяц воевал в партизанском отряде, пока его не переправили через линию фронта. Уже в госпитале выяснилось, что всё это время пилот ходил на обмороженных ногах. Кузьмину ампутировали ступню на левой ноге и треть ступни на правой. После усиленных тренировок он всё же научился ходить на протезах, добился разрешения вернуться в строй и освоил новую модель самолёта. В апреле 1943 года, за четыре месяца до Маресьева, Кузьмину была вручена Золотая Звезда. Но Героем Советского Союза он успел пробыть недолго – в августе лётчик погиб в бою.