Рубрика "Детский час" #КСП#библиотекиканевскогосельскогопоселения Сегодня мы практически перестали читать. А так как не читаем сами, очень сложно приучить к чтению детей. Для этого мы и публикуем на своей странице рубрику "Детский час". Быть может, короткими отрывками, вы прочтете вместе с детьми книгу, до которой никак не доходили руки. Мы будем благодарны за комментарии и обсуждения произведений, а так же примем ваши пожелания на дальнейшие публикации. Ведь здесь вы найдете не только само произведение, но и интересные факты и истории, связанные с биографией автора и рождением его книги. 15 марта исполнилось бы 85 лет замечательному писателю Валентину Распутину. Поэтому, наш выбор сегодня пал на его повесть "Уроки французского".

• 0

В основу этого произведения легла автобиографическая история самого автора. Прототипом образа Лидии Михайловны является учительница В. Распутина, которая занимала в его жизни очень важное место. По мнению Распутина, именно такая женщина в силе изменить то, что не подвластно обычному человеку. Именно учительница помогла автору расставить правильные жизненные приоритеты и понять что является добром, а что злом. Сразу хочется сказать, что Валентин Распутин не состоит ни в каком родстве с Гришкой Распутиным. Он настоящий патриот своей родины. Основатель и самый яркий представитель направления, которое получило название «деревенская проза».

• 0

                                         "УРОКИ ФРАНЦУЗСКОГО" Странно: почему мы так же, как и перед родителями, всякий раз чувствуем свою вину перед учителями? И не за то вовсе, что было в школе, — нет, а за то, что сталось с нами после. Я пошел в пятый класс в сорок восьмом году. Правильней сказать, поехал: у нас в деревне была только начальная школа, поэтому, чтобы учиться дальше, мне пришлось снаряжаться из дому за пятьдесят километров в райцентр. За неделю раньше туда съездила мать, уговорилась со своей знакомой, что я буду квартировать у нее, а в последний день августа дядя Ваня, шофер единственной в колхозе полуторки, выгрузил меня на улице Подкаменной, где мне предстояло жить, помог занести в дом узел с постелью, ободряюще похлопал на прощанье по плечу и укатил. Так, в одиннадцать лет, началась моя самостоятельная жизнь. Голод в тот год еще не отпустил, а нас у матери было трое, я самый старший. Весной, когда пришлось особенно туго, я глотал сам и заставлял глотать сестренку глазки проросшей картошки и зерна овса и ржи, чтобы развести посадки в животе, — тогда не придется все время думать о еде. Все лето мы старательно поливали свои семена чистой ангарской водичкой, но урожая почему-то не дождались или он был настолько мал, что мы его не почувствовали. Впрочем, я думаю, что затея эта не совсем бесполезная и человеку когда-нибудь еще пригодится, а мы по неопытности что-то там делали неверно. Трудно сказать, как решилась мать отпустить меня в район (райцентр у нас называли районом). Жили мы без отца, жили совсем плохо, и она, видно, рассудила, что хуже уже не будет — некуда. Учился я хорошо, в школу ходил с удовольствием и в деревне признавался за грамотея: писал за старух и читал письма, перебрал все книжки, которые оказались в нашей неказистой библиотеке, и по вечерам рассказывал из них ребятам всякие истории, больше того добавляя от себя. Но особенно в меня верили, когда дело касалось облигаций. Их за войну у людей скопилось много, таблицы выигрышей приходили часто, и тогда облигации несли ко мне. Считалось, что у меня счастливый глаз. Выигрыши и правда случались, чаще всего мелкие, но колхозник в те годы рад был любой копейке, а тут из моих рук сваливалась и совсем нечаянная удача. Радость от нее невольно перепадала и мне. Меня выделяли из деревенской ребятни, даже подкармливали; однажды дядя Илья, в общем-то скупой, прижимистый старик, выиграв четыреста рублей, сгоряча нагреб мне ведро картошки — под весну это было немалое богатство. И все потому же, что я разбирался в номерах облигаций, матери говорили: — Башковитый у тебя парень растет. Ты это… давай учи его. Грамота зря не пропадет. И мать, наперекор всем несчастьям, собрала меня, хотя до того никто из нашей деревни в районе не учился. Я был первый. Да я и не понимал, как следует, что мне предстоит, какие испытания ждут меня, голубчика, на новом месте... (Продолжение следует)