КУБАНСКАЯ БАЛАЧКА Главным богатством кубанской земли, наряду с природными ресурсами и благодатным климатом, было и остается культурно-историческое наследие народов ее населяющих. Это наследие представляет собой невосполнимую ценность для всей нашей страны и, одновременно, является неотъемлемой частью всемирного культурного наследия. Во многом именно благодаря ему формируется национальный менталитет, сберегаются традиции, осуществляется передача гуманитарных ценностей и каждый народ ощущает единение, сохраняет свою самобытность и уникальность, то есть остается народом. В ряду национальных культур Кубани и всей России казачья культура занимает свое, особое место. Ее уникальность проявляется в ярко выраженном смешении культурных элементов, заимствованных в разное время у многих соседствовавших с казаками народов. Яркий пример тому – казачья балачка (от укр. балакать— разговаривать, болтать) или, иначе говоря, языковой диалект, на котором говорили и до сих пор говорят представители кубанского казачества. Этот диалект являет собой разновидность суржика – смешанного языкового образования с грамматикой одного языка и лексикой другого. Кубанская балачка представляет собой сохранённую и пошедшую собственным путём развития разговорную практику юго-восточных украинских диалектов XVIII столетия, привнесенную запорожцами на Кубань в 1792 году. К концу XIX – началу XX столетия она была в значительной степени русифицирована, но при этом, что интересно, сохранила многие старинные слова, вышедшие из употребления на самой Украине. Современная кубанская балачка мало отличается от суржика, на котором разговаривают в русскоязычных областях Украины, и использует, как правило, русскую графику и орфографию. Распространена в основном среди старожилов кубанских станиц. Сегодня и она постепенно исчезает из разговорной практики. Беда в том, что сохранением казачьих языков, ремесел и культурных традиций занимаются в основном энтузиасты. Таким неравнодушным человеком является каневская поэтесса Зоя Сизова. Она пишет свои произведения на традиционном кубанском наречии. В семье коренной казачки Зои Сизовой балакали все и всегда. В школе требовали правильного произношения, но искоренить традиционное и привычное не получилось. В молодости Сизова еще стеснялась говора, а потом перестала, и полились стихи. «Я поняла, что я не одна, что такое имеет место быть. Поэтому я стала себя просто свободнее чувствовать, я не какой-нибудь пережиток прошлого, а это родное, близкое, кубанское, всем доступное», — делится поэтесса. Помогла это понять личная встреча с кубанским поэтом Иваном Вараввой. В сборник стихов Зои Сизовой «Згадала зозулэнька» вошли произведения и на русском языке, и на балачке, причем произведения на диалекте местные краеведы считают особенно ценными. Про тополю Так чого я нэ спытала Колысь свою долю, Можэ тожэ б я стояла, Як ота тополя?! У широкому та й стэпу Одна красувалась, Та й з обрыва над водою Собой дывувалась. Обнималась з витром в хмарах, Пид сонычком грилась А як буря б налитала – Додолу хылылась. Як прыйидэ мий мылэнькый – Його я зустрину, Нопою водой холодной – Хай спыть, як дытына. Я його от сонця скрыю, От биды сховаю, На схид сонця с соловэйком Писню заспиваю: Спы, коханый, довго-довго – Така моя воля. Нэ дождалася мылого Зэлэна тополя. Витыр вие, сонцэ свитэ, Вьюга завывае. Мэнэ мылый чорнобрывый Тэпэр нэ спытае: Як жилося, як марнилось, По ком горювала, Кого в сэрци схороныла По ком жалювала. Чистэ полэ – моя доля – Витыр, чорна хмара… Для зэлэнои тополи Нэ знайшлося пары. #годкультурногонаследия#деньродногоязыка#казачество#литература#кубань#библиотекиКСП#КаневскаяБСЧ

• 0

• 0

• 0

• 0

• 0